Расчет стоимости
Скачать прайс

Банкротство не является фактом недобросовестности господрядчика и основанием для включения компании в РНП

«Regforum», январь 2020

Аделина Мельк

руководитель отдела юридического консалтинга

«Regforum», январь 2020

Представляется весьма интересным для анализа, п. 28 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019), согласно которому отказ конкурсного управляющего от исполнения государственного контракта в связи с требованиями, установленными законодательством о банкротстве, не является основанием для включения антимонопольным органом сведений в отношении должника в реестр недобросовестных поставщиков.

Так в частности, предметом рассмотрения указанного спора явилась ситуация, при которой подрядчик не смог завершить исполнение заключенного контракта по причине того, что решением арбитражного суда общество было признано несостоятельным (банкротом), в связи с чем подрядчик прекратил исполнять обязательства по, что послужило основанием для принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта и как следствие включение сведений о подрядчике в реестр недобросовестных поставщиков.

На практике, не редки случаи, когда государственный подрядчик не может по тем или иным причинам надлежащим образом исполнить или завершить исполнение контракта, заключенного с государственным заказчиком, что приводит к принятию государственным заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

При этом, в соответствии с ч. 6 ст. 104 Закона № 44-ФЗ в случае расторжения контракта по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта заказчик в течение трех рабочих дней с даты расторжения контракта направляет в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление контроля в сфере закупок, информацию, предусмотренную ч. 3 ст. 104 Закона № 44-ФЗ, а также копию решения суда о расторжении контракта или в письменной форме обоснование причин одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта, для рассмотрения антимонопольным органом вопроса о включении сведений о подрядчике в реестр недобросовестных поставщиков.

После чего, при рассмотрении вопроса о включении сведений о подрядчике в реестр недобросовестных поставщиков, Подрядчику весьма сложно доказать антимонопольного  органу свою добросовестность при исполнении контракта и как следствие доказать отсутствие оснований для включения компании в «черный список».

Вместе с тем, сделанный Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в определении от 13 августа 2019 года № 305-ЭС19-4541 вывод, весьма логичен и обоснован следующими нормами законодательства и правоприменительной практики.

Согласно ч. 2 ст. 104 Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон № 44-ФЗ) в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

Осуществление рассмотрения вопроса о включении сведений об участнике торгов в реестр недобросовестных поставщиков регламентируется в соответствии с Правилами ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1062 «О порядке ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей)» (в ред. От 20.07.2019 года) (далее – «Правила») и Законом о контрактной системе.

Исходя из анализа положений Закона о контрактной системе, включение сведений об участнике торгов в реестр недобросовестных поставщиков является санкцией за уклонение лица от исполнения государственного контракта или недобросовестное исполнение контракта. Поскольку в данном случае речь идет о правоотношениях, возникающих между уполномоченным органом и частным лицом, в которых уполномоченный орган выступает как властный институт, данная санкция является мерой публично-правовой ответственности. Исходя из общих принципов права, обязательным элементом публично-правовой ответственности является вина привлекаемого к ответственности лица.

Иными словами, в области публичного права всегда действует презумпция невиновности (что подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности: Постановлением Конституционного суда РФ от 23.09.2014 года № 24-П, Постановлением Конституционного суда РФ от 14.02.2013 года № 4-П, Постановлением ФАС МО от 28 мая 2012 года по делу № А40-67874/11-17-579; Постановлением ФАС МО от 22 мая 2012 года по делу № А40-56760/11-146-446 и т.п.).

Аналогичный вывод подтверждается Определением Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № ВАС-8371/13, Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25 января 2016 года по делу №А69-1326/2015, Постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.11.2015 года № Ф04-25804/2015 по делу №А27-20894/2015, Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2015 года № 07АП-1436/2015 по делу №А27-5005/2015 и т.п.

Таким образом, с учетом вышеуказанных норм, в случае если заключенный государственный контракт не может быть исполнен не вследствие недобросовестности подрядчика, а по причине вынужденного банкротства последнего, то основания для включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков отсутствуют.