Злоупотребление правом. Мнение ВС

«Расчет», июль 2018

Злоупотребление правом. Мнение ВС Злоупотребление правом. Мнение ВС Злоупотребление правом. Мнение ВС Злоупотребление правом. Мнение ВС

UK
UK

«Расчет», июль 2018

Верховный суд вынес резонансное решение, которое при­равнивает к злоупотреблению право на обращение с иском в суд (Определение ВС РФ от 16 мая 2018 г № 308-ЭС17- 21222). Анастасия Фишкина, юрист юридической ком­пании «ПРИОРИТЕТ», попыталась понять, в каких случаях компании действительно переходят границы разумного.

Арбитражный суд начал рассматри­вать дело № А32-9992/2014 четыре года назад, когда в отношении ЗАО «Орби­та» по заявлению ФНС было возбужде­но дело о несостоятельности. В процес­се изучения сути спора ревизоры обратились в суд с заявлением о при­влечении к субсидиарной ответствен­ности по долгам компании бывших руководителей, в том числе одного из директоров. Он управлял компанией в период с апреля 2011 по март 2012 года.

Согласно действующим в то время положениям Федерального закона от 26 ноября 2002 года № 127-ФЗ «О несо­стоятельности (банкротстве)», при­влекать контролирующих лиц к суб­сидиарной ответственности можно было только за два года деятельности,

предшествующие возбуждению дела о банкротстве. Однако арбитражный суд установил виновность бывших ру­ководителей компании и солидарно взыскал с них более 1,25 млрд рублей.

НЕ ЕДИНОЕ МНЕНИЕ

Не согласившись с солидарной ответ­ственностью, руководители подали апелляцию. Апелляционный суд под­твердил, что действия указанных лиц действительно привели к банкротству организации. Арбитры пришли к выводу о необходимости «разделить» ответст­венность между руководителями про­порционально размеру причиненного каждым вреда, и это частично изменило определение суда первой инстанции.

Арбитражный суд Северо-Кавказ­ского округа, в свою очередь, полно­стью освободил одного из экс-дирек­торов компании от ответственности, указав, что правовые основания для возложения на него субсидиарной от­ветственности по обязательствам фирмы отсутствуют, т. к. его полномо­чия как руководителя были прекра­щены за два года до возбуждения про­изводства по делу о банкротстве.

МНЕНИЕ ВС

Согласно действующему законода­тельству, контролирующим должника директором является лицо, которое имеет или имело право определять действия компании, при этом таким правом контролирующее лицо долж­но было обладать в течение двух или менее лет со дня принятия арбитраж­ным судом к производству заявления о признании фирмы банкротом. Утра­та контроля директором над должни­ком за два года до обозначенного срока или ранее не позволяет признать его контролировавшим должника лицом. Таким образом, упомянутый двухго­дичный срок является пресекатель­ным, что подтверждает многочислен­ная судебная практика (например, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31 ав­густа 2016 г. № Ф04-3004/2016 по делу № А70-1440/2015).

Тем не менее, не согласившись с решением кассационной инстанции, инспекторы обратились с жалобой в Верховный суд, который по результа­там изучения материалов дела занял

в этом споре свою позицию: руководи­тель должен быть привлечен к субси­диарной ответственности, так как именно в период осуществления им своих полномочий компанией был инициирован судебный процесс об оспаривании налоговых доначисле­ний, что препятствовало возбужде­нию процедуры банкротства. Таким образом, судебная коллегия сделала вывод о том, что директор «не может рассматриваться в качестве субъекта, имеющего правомерные ожидания оградиться от применения мер субси­диарной ответственности по мотиву позднего возбуждения производства по указанному делу».

Основанием для возбуждения про­изводства по делу о банкротстве яви­лась выявленная в ходе выездной про­верки недоимка по обязательным платежам. Решением инспекции об­щество привлекли к ответственности.

Впоследствии компания, восполь­зовавшись предусмотренным законом правом, обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании ре­шения контролеров, действие которо­го, соответственно, временно было приостановлено.

Однако в феврале 2014 года Поста­новлением Арбитражного апелляци­онного суда по делу № А32-20880/2011 в удовлетворении требования органи­зации о признании решения ФНС не­действительным было отказано.

Принимая во внимание действо­вавшие на тот момент законодатель­ные нормы о возможности возбужде­ния дела о банкротстве только на основании акта налогового органа, завершающего процесс принудитель­ного исполнения, Верховный суд при­шел к выводу, что работавший на тот момент директор своими действиями намеренно создал ситуацию, при ко­торой ФНС не могла по не зависящим от нее обстоятельствам инициировать возбуждение процедуры банкротства и признал его действия злоупотреб­лением. С моей точки зрения, такой вывод Верховного суда следует счи­тать весьма рискованным.

ОПАСНЫЙ ВЫВОД

Напомню, что главный закон страны каждому из нас без исключения гаран­тировал право на судебную защиту прав и свобод. Конституция РФ (ч. 2 ст. 46) предусматривает, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти могут быть обжалованы в суде. Положения Нало­гового кодекса также закрепляют право компаний на судебную защиту их прав и законных интересов, в част­ности, неотъемлемое право на обжа­лование актов налоговых органов.

Следует отметить, что определение Верховного суда ставит под сомнение безусловность всех вышеперечислен­ных предусмотренных законом прав организаций.

Высшая судебная инстанция нашла требование компании об оспарива­нии решения налогового органа пол­ностью необоснованным и на этом основании сделала вывод о недобро­совестности действий директора. Вместе с тем, важно обратить внима­ние, что этот спор длился более двух лет — с августа 2011 года по февраль 2014 года, при его рассмотрении суд первой инстанции частично отменял доначисление налогов, а суд кассационной инстанции несколько раз направлял дело на пересмотр. Эти обстоятельства позволяют сделать вывод о спорности заявленных требований, но ни в коем случае не об их полной безосновательности.

ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ПРАВОМ

Запрет на злоупотребление правом установлен частью 1 статьи 10 ГК РФ. Верховный суд РФ в своем Определе­нии от 3 февраля 2015 года по делу № 32-КГ14-17 дал разъяснение настоя­щему термину: «Злоупотребление правом имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность».

Отмечу, что сегодня перечень действий, которые могут быть отнесены к недобросовестному поведению, является открытым, то есть он четко не конкретизирован и законодательно не закреплен. Такое положение дел позволяет судам применять рассматриваемую норму к широкому кругу правоотношений. Возможность различного толкования и применения нормы не раз вызывала недовольство участников судебных споров, однако ее законность неоднократно подтверждал в своих актах Конституционный суд.

По вопросу, может ли обращение в арбитражный суд быть рассмотрено как злоупотребление правом, существует несколько точек зрения. С одной стороны, злоупотребить правом на обращение в суд невозможно по определению, поскольку никто не может быть лишен права на обращение в суд за защитой (постановление ФАС Московского округа от 21 декабря 2010 г. № КГ-А41/16146-10 по делу № А41-43408/09).

С другой стороны, обращение в суд при наличии определенных обстоя¬тельств вполне может быть расценено в качестве злоупотребления (поста¬новление ФАС Московского округа от

28 марта 2008 г. № КГ-А40/1807-08 по делу № А40-33447/07-54-58).

Примечательно, что дискурс между ИФНС и ЗАО «Орбита» является не первым банкротным спором, в кото­ром Верховный суд сослался на недо­бросовестные действия должника и злоупотребление им своими права­ми. В другом деле кредиторы на протя­жении многих лет пытались признать компанию банкротом, обращаясь с со­ответствующими заявлениями в суд. Однако происходила одна и та же инте­ресная закономерность: ко дню рас­смотрения каждого заявления сумма долга оказывалась меньше порогового значения, необходимого для возбу­ждения дела о банкротстве, поэтому заявления кредиторов неоднократно оставлялись судом без рассмотрения. Этот «случайный» круговорот удалось пресечь только Верховному суду, кото­рый указал на недобросовестность действий должника и признал их злоу­потреблением (Определение ВС РФ от 29 марта 2018 г. № 307-ЭС17-18665 по делу № А56-81591/2009).

С моей точки зрения, поведение руководителя компании, возможно, действительно являлось недобросо­вестным, на что справедливо обратил внимание Верховный суд. Однако юристам, судьям и гражданам России не следует забывать, что между кон­ституционным правом на судебную защиту и злоупотреблением этим правом должна быть проведена четкая граница. Привлекая лицо к субсиди­арной ответственности, суд в каждом конкретном случае должен принимать во внимание фактическое поведение лица с целью установить его недобро­совестность. На практике же слепое применение позиции Верховного суда в аналогичных спорах без учета кон­кретных и уникальных обстоятельств дела приведет к тому, что любой про­игранный в суде спор можно будет подвести под злоупотребление пра­вом. Это негативно скажется на судеб­ной практике, а также нарушит права россиян и организаций. По сути, ли­шит их возможности обращаться в суд за защитой своих интересов, рассчи­тывая на справедливое и всестороннее рассмотрение спора.

Вас может заинтересовать

Обратный звонок